До этого мы пили чай и суррогатный кофе с сахарином. Растворимые таблетки продавались тогда на рынке по баснословным ценам. Но Одесса и в то тяжелое время продолжала оставаться вольнолюбивой оптимистической Одессой. 
Она пела «Бублики», «Кирпичики», «Свадьбу Шнеерсона», юмористические куплеты, сочиненные талантливым эстрадным автором Ямпольским:

Его жена, курьерша финотдела,
Сегодня разоделась в пух и прах,
Фату мешковую надела
И деревяшки на ногах.

Самодельные «стукалки», родственницы французских «сабо», гремели по выложенным когда-то вулканической лавой одесским мостовым, по щербатым тротуарам.
По ним, напоминавшим большую тетрадь в клеточку для арифметики, набив ранец алгеброй Киселева и физикой Цингера, отправлялся каждое утро в свою школу и я.
В то время я уже перешел в ставшую для меня любимой единую трудовую школу № 4 имени Ильича.
Она помещалась на Троицкой улице, тогда носившей имя Зиновьева, угол Преображенской (в 1928 году она стала улицей 10-летия Красной Армии). Рядом с нашей школой находилась Центральная рабочая библиотека (ЦРБ), постоянным посетителем юношеского, а потом и взрослого отдела которой охотно сделался я.
«Айвенго» Вальтера Скотта, «Джимми Хиггинс» Элтона Синклера, «Путешествие к центру земли» Жюля Верна — каких только книжек я тогда не перечитал!
Любил я приключенческие журналы — «Борьба миров», ленинградское и московское издания «Вокруг света», «Всемирный следопыт», выходивший в Ленинграде в двадцатые годы, сойкинский «Мир приключений». На Дерибасовской улице помещалось отделение столичного журнала «Огонек». Несмотря на то, что печатались все эти ленинградские и московские издания тиражами неслыханно малыми, по сравнению с нынешними, купить их в Одессе у газетчика не составляло особенного труда. Ведь тогда круг читателей, в том числе и нас, ребят, был достаточно ограниченный. В стране существовало общество «Долой неграмотность»; когда после окончания школы я поступил в одесский пединститут, каждый из студентов был обязан проводить занятия с жителями в кружках «ликбеза» («ликвидация безграмотности»).
Но тогда я еще учился в школе, в которой наряду с физикой, геометрией, обществоведением опытные педагоги преподавали украинский язык, русскую и украинскую литературу

 Читать дальше