Из биографии В. Катаева.
Как мы уже знаем, хотя бы на примере харьковского периода деятельности Д. Харитонова, в те годы демонстрировались "киноговорящие" картины, и один из вариантов такого зрелища изобразил в своей повести Катаев. Когда публика видела на экране комические приключения Глупышкина, Гаврик, а несколько раз и вместе с Петей, за экраном "в нужный момент бил тарелки, дул в свисток, лаял, мяукал, звонил в колокол, кричал балаганным голосом: "Держи, лови, хватай!" — топал ногами, изображая толпу, и со всего размаха бросал на пол ящик с битым стеклом..."

Об этом, тогда недавнем "кинематографическом" приключении Гаврика Петя вспоминает весной после драматических событий в жизни отца, связанных со смертью Льва Толстого, — то есть весной 1911 года. Кстати, о выдуманности и достоверности "Волн Черного моря": в год смерти Толстого Пете из "Хуторка в степи" — "уже тринадцать лет", его прототип Валя Катаев действительно родился в 1897 году; Павлику же "недавно исполнилось восемь лет", реальный Женя Катаев действительно родился в 1902 году... Итак, история с иллюзионом — это, скорее всего, лето—осень 1910 года — время, когда Валя Катаев жил на Отрадной улице.

Но Петя Бачей и в повести "Белеет парус одинокий", и в "Хуторке в степи" живет на "Канатной угол Куликова поля". Правда, в "Хуторке в степи" этот адрес впрямую не упоминается, но Павлик стоит у дома, где они живут, а перед ним "заходило за белоснежным, с синими тенями Куликовым полем, за вокзалом, красное, морозное солнце". И на хуторок мадам Васютинской Бачеи поехали, сев "на маленький дачный поезд, который проходил мимо их дома, и доехали до 16-й станции...", тот самый поезд, который Валя Катаев видел на киносеансе в юнкерском училище и который шел по линии нынешнего восемнадцатого трамвая, от Куликова поля по Канатной.

И квартира эта не выдумана - в 1905—1906 годах Катаевы жили на Канатной, 85 - именно на "Канатной угол Куликова поля"... А потом была квартира на Пироговской улице, 3 - шесть однотипных домов общества квартировладельцев, "расположенных, как кости домино, - два против двух и по краям поперек еще по одному". Эти корпуса сохранились до сих пор.

В первом из них справа, если идти от Пироговской, большая квартира. К ней ведет лестница, чугунные перила которой украшают модерново-томные, чуть поникшие стебли и небольшие железные подсолнухи. В труднодоступных верхушках просторных лестничных окон еще сохранились остатки синих и оранжевых стекол, а в квартирных дверях — застекленные, круглые, как блюдечки, смотровые оконца. На балконах горизонтальные прутья, а в центре каждой из решеток абрис подсолнуха, похожего на крупную ромашку. Как вспоминает Катаев, подсолнухи были и на кованых решетчатых воротах: архитектор Я. Пономаренко соорудил эти дома в стиле запомнившегося Катаеву украинского модерна...