«Наркотики, - отметил директор ФСКН, - продаются, в основном, там, где есть потенциальный покупатель. Это, в частности, окрестности школ, других учебных заведений, дискотеки».
Кто же может стать наиболее успешным распространителем, или наркодилером, в этой среде? Подростки - достаточно обособленная возрастная группа, усиленно напитываемая сейчас духом негативизма по отношению к взрослым. Зато сверстники и особенно те, кто чуть постарше, вызывают доверие и могут легко «заразить» своими интересами, увлечениями, пристрастиями. На этом, собственно говоря, основана технология массового информирования подростков и вовлечения их в различные неформальные сообщества. Помнится, мы впервые столкнулись с такой технологией в 1997 году, когда растление школьников под маской полового воспитания пытались осуществить по программе «От подростка к подростку», для чего мальчишкам и девчонкам, которые прошли специальные тренинги и уже были готовы обучать других, выдавали диплом «секс-инструктора». Похожий принцип вербовки применяют и сектанты.

Право же, было бы странно, если бы наркомафия пренебрегла таким технологичным принципом, как «равный обучает равного». Но пока наркомафии мешает наше законодательство, по которому дети лишь до 14 лет не несут уголовной ответственности за свои преступления. То есть абсолютно безопасно может чувствовать себя двенадцати- тринадцатилетний дилер. А ему - опять-таки по законам подростковой стаи - не очень легко внедриться в среду шестнадцати-семнадцатилетних, где наиболее вероятно найти устойчивый рынок сбыта. Поэтому взрослым подонкам, которые стоят за малолетками, принципиально важно повысить планку уголовной неприкосновенности. Лучше бы лет до 18, тогда прекрасно сработает принцип «от равного к равному» и - что еще эффектней! - «от несколько более старшего - к младшему».

ГАРАНТИРОВАННОЕ ПРИКРЫТИЕ

И тут лучше ювеналки, пожалуй, ничего и не придумаешь. По Международной конвенции о правах ребенка, которая является фундаментом для ювенальной юстиции, детство определено как возраст до 18 лет включительно. Значит, дело за малым: надо смягчить законодательство. Собственно говоря, именно эти песни мы и слышим от наших ювеналов. Сколько раз за последние годы они гневно обличали «репрессивный подход» и «репрессивное мышление», которые якобы и являются главным источником бед в области подростковой преступности!
Обратите внимание, как грамотно, по законам информационной войны, подобраны клише. Слыша прилагательное «репрессивный», человек вспоминает об ужасах сталинских репрессий и тут же выдает желаемую реакцию: «Нет, нам не нужен репрессивный подход! Хватит! Мы это уже проходили!»

Очень профессионально выстроена и дальнейшая аргументация. Понимая, что общество может забеспокоиться по поводу уголовной ненаказуемости несовершеннолетних преступников, правозащитники заверяют нас в том, что тяжкие уголовные преступления, конечно, не должны оставаться безнаказанными.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14